«Без российских компонентов мировое производство микросхем встанет»

54

Глава РосСХД Изумрудов — о взаимных санкциях, производстве процессоров и альтернативе кремния

«Без российских компонентов мировое производство микросхем встанет»

100% Александр Рюмин/ТАСС Из-за санкций против РФ производство российских процессоров «Эльбрус» и «Байкал», возможно, придется переносить с тайваньского завода в Китай, на это понадобится полтора-два года, заявил в интервью «Газете.Ru» исполнительный директор Консорциума отечественных разработчиков систем хранения данных РосСХД Олег Изумрудов. Также он рассказал о сложностях переноса производства, перехода от кремниевых технологий к арсениду галлия и возможных контрсанкциях РФ, из-за которых мировое производство микросхем может просто встать.

Перенос производства

–Самым «тонким местом» отечественных технологий являются процессоры. Сейчас производство «Байкалов«и «Эльбрусов» под вопросом из-за санкций. В теории производство можно перенести с Тайваня в Россию?

– Пока это невозможно, потому что у нас нет заводов. Для того, чтобы организовать хотя бы один завод в РФ, нужно иметь оборудование, квалифицированные кадры, также нужен контракт на выпуск печатных плат. Все это очень дорого. Кроме того, наш климат также увеличивает стоимость фабрики, потому что нужно будет поддерживать высокий уровень влажности на производстве.

До санкций никто не задумывался всерьез о том, чтобы освоить производство. Просто никто не верил, что это все могут перекрыть. Думать об инвестициях в эту сферу начали только сейчас.

Развитие этой области требует десятки, даже сотни миллиардов долларов, поэтому проще было закупать из-за границы готовое оборудование, те же процессоры.

Конечно, экономически невыгодно вкладываться в такое производство, но это важнее для суверенитета страны, чем покупки импортных устройств и микрочипов. Сейчас нужно поднимать такое производство, другого варианта просто нет.

– Но мы пока в России будем строить фабрики, производство отечественных процессоров ведь можно куда-то перебазировать?

– Единственное предприятие, куда можно перенести производство— это SMIC [Semiconductor Manufacturing International Corporation — крупнейшая китайская компания, занимающаяся производством микроэлектроники] в Шанхае. Но дело в том, что оно тоже попало под санкции. Поэтому АSML [нидерландская компания, крупнейший производитель литографического оборудования для микроэлектронной промышленности] им, как и нам, не продает оборудование под новый техпроцесс.

Плюс все равно не нужно исключать Тайвань. Вначале TSMC [Taiwan Semiconductor Manufacturing Company — тайваньская компания, занимающаяся изучением и производством полупроводниковых изделий] заявила о прекращении производства процессоров «Эльбрус» и «Байкал», но позже ее руководство сделало совершенно другие заявления, сказав, что если они все-таки введут озвученные санкции, то ответными санкциями Россия просто выключит компанию из производственных циклов.

– Что нужно для того, чтобы открыть производство процессоров на новом месте?

– Чтобы перенести производство, нужно подстроить архитектурные особенности под программное обеспечение фабрики.

Это занимает где-то год-полтора работы. Но это при том, что на предыдущей фабрике все процессы были отработаны.

Если что-то было не доделано, то процесс затянется еще на какое-то время. Наши специалисты считают, что в Китае на SMIC они запустятся за год-полтора.

– Кроме ASML закупить оборудование не у кого?

– Это монополист на рынке оборудования для производства современных сверхтонких техпроцессов, который из-за санкций не продает нам ничего.

– Как же была допущена такая монополия?

– Они освоили процесс производства литографических сканеров, а другие нет. У других не хватает образованных кадров или нет инвестиций.

– Сейчас наши чипы производятся только на Тайване?

– Микропроцессоры – да. Все-таки они рассчитаны на 28 и 16 нанометров, в России такого оборудования и производства нет. Если мы говорим о 16 нм и ниже, то такого оборудования нет даже в Китае.

Тайваньская фабрика – самая крупная в мире. Китай пытается сделать что-то подобное, в частности, SMIC. Но эта фабрика все равно не дотягивает, потому что, недостаточно квалифицированных кадров.

Тот же Китай последние годы просто переманивает людей с тайваньской фабрики. И достаточно успешно, но опять же, теперь у них из-за санкций нет оборудования, необходимого для производства сверхтонких процессоров.

– Почему нужных кадров так мало?

– Это очень сложное производство. Сотрудники должны уметь обращаться с программами, в которых они создают цифровые копии будущих микросхем. Кроме того, профессионалы должны уметь создавать из цифрового варианта уже настоящий процессор. Таких людей очень мало в мире в целом, взять их негде.

Можно сделать свой кремний

– Какие еще есть варианты развития микроэлектроники в России?

– Например, не делать ставку на кремниевые технологии, потому что они, в принципе, подошли уже к своему пределу.

Можно переключиться на арсенид галлия, это тоже отличный полупроводник. Из него можно развить производство микроэлектроники.

Сейчас России нет смысла включаться в гонку за кремний, потому что технология будет неактуальной буквально через несколько лет. Следует инвестировать и включаться в гонку за более перспективными технологиями, более совершенными. Россия должна стать законодателем моды, а не догонять страны Запада.

– Почему именно арсенид галлия?

– Кремниевые технологии подошли уже к своему пределу. Этот предел — один нанометр. У галлия есть плюс, потому что он позволяет делать не только плоские микросхемы, а и объемные, которые не будут упираться в пределы нанометра.

В чем проблема техническая? При производстве фотошаблона процессора мы упираемся в кристаллическую структуру, то есть уже в атомы. Чтобы увеличить производительность, фотошаблон должен быть меньше, чем размер атома. Это нонсенс, это невозможно.

Единственный способ увеличить мощности — это увеличение количества транзисторов, нам нужно идти в объемные структуры. Кремниевые технологии этого не позволяют из-за особенности материала, а арсенид галлия позволяет.

– Вы упомянули, что Россия должна стать законодателем моды, когда это может произойти?

– Хороший вопрос. Сейчас очень быстро все меняется. Поэтому с умным видом делать экспертное заключение о том, что столько-то лет понадобится — это очень сложно. Это просто будут какие-то цифры, взятые с потолка.

При текущем уровне наших технологий и при условии быстрого переноса производства мы сможем довольно быстро это сделать, может быть даже до конца десятилетия. Вопрос в том, что, если у нас будут проблемы с производством, а на Западе их не будет, то мы продолжим отставание. И этот разрыв может усугубляться.

– От каких российских компонентов зависит Запад?

– Ответными санкциями Россия может просто выключить из производственных циклов тот же завод TSMC.

Некоторые материалы, необходимые для производства микроэлектроники, поставляются из России. Например, сапфировые подложки, сверхчистая химия, редкоземельные элементы. Без российских компонентов мировое производство микросхем встанет.

Поэтому мы будем наблюдать в скором времени некое отрезвление от санкционного угара.

– Запад не может найти других поставщиков?

– Если говорим про сапфировые подложки, то Россия в производстве искусственных сапфиров занимает порядка 40% мирового производства. А если мы говорим про рынок подложек для производства микросхем, то здесь Россия уже занимает 80%.

Почему в других странах так не случилось? Производство есть и в Китае, и на Тайване, и в США, в Калифорнии. Но и Калифорния, и Тайвань — это сейсмоактивные зоны. Любой толчок приводит к тому, что надо перезапускать производство.

В Китае производства появились не так давно, и они просто не вышли на наш уровень. Чтобы нас догнать им понадобится лет 20-30. Кроме того, производство некоторых химических элементов есть только в России.

Источник

Комментарии закрыты.